Официальный сайт администрации Советского района Гомеля и редакции газеты «Советский район» - 246027, Гомель, проспект Речицкий, 6, тел./факс 51 25 52, mail@sovadmin.gov.by
Главное Самое читаемое

Павел Денисенко: «Правду об оккупации прятать нельзя»

Преемственность поколений, историче­ская память, патриотизм… Как часто слы­шим мы эти слова, особенно в памятные даты. Увы, не все воспринимают их смысл однозначно. Для кого-то они не более чем непреложный атрибут к такого рода тор­жествам. Кто-то вообще скептически отно­сится к этим понятиям, бездумно повто­ряя услышанную когда-то фразу о том, что патриотизм — последнее прибежище него­дяя. Даже не задумываясь о том, что бро­сивший её британский писатель Самуэль Джонсон ничего не имел против истинной любви к своему Отечеству. Но был непри­миримым противником тех, кто, прикрыва­ясь этой любовью, преследовал исключи­тельно корыстные цели.

К счастью, есть среди нас немало и тех, кто осознаёт свою личную ответственность перед предыдущими поколениями и делает всё воз­можное, чтобы ни их славные дела, ни герои­ческие имена не канули в Лету. Один из таких людей — учитель истории Гомельского кадет­ского училища, основатель и руководитель поискового клуба «Алые погоны», член рабо­чей группы по расследованию уголовного дела о геноциде белорусского народа в годы Вели­кой Отечественной войны на территории Гомеля Павел Денисенко.

В ПОИСКАХ СЕБЯ

Поисковый клуб «Алые погоны» начал работу в 2014 году. Причин для его создания было много. Но основной Денисенко называет жела­ние ребят приобщиться к реальной работе по восстановлению исторической памяти нашего народа. Многие из кадетов не подозревали и до определённого момента даже не интересовались тем, что довелось пережить и через что пройти их прадедам.

— Как-то пришёл к нам в клуб 13-летний паренёк. На вопрос, знает ли он о том, чем зани­мались его предки в годы войны, пожал пле­чами — просто жили. Но так не бывает! — уве­рен учитель истории. — На переломных этапах истории, в ситуации, когда речь шла о физиче­ском выживании целых народов, просто жить, отсиживаясь в сторонке, было невозможно. Ни на фронте, ни в глубоком тылу за Уралом, ни под немецким сапогом в оккупации. Полу­чив установочные данные на прадеда, вместе с кадетом стали разбираться. И выяснили, что его не самый далёкий предок в составе батальона морской пехоты принимал участие в попытке деблокировать Ленинград в районе Ораниен­баума. Во время движения по ладожскому льду батальон попал под миномётный обстрел. Лёд треснул, и те, кто не погиб от осколков, утонули. Практически все. Деда взрывной волной выбро­сило на берег. Без сознания он попал в медсан­бат, но похоронку командование уже отправило родным. Три месяца солдат находился на изле­чении. Но из-за перебитого сухожилия одна рука так и осталась практически бездействен­ной, что и послужило поводом к комиссова­нию. Вернулся морпех домой в одну из дере­вень только что освобождённого Жлобинского района. Избрали его председателем колхоза. Который он не только восстановил практиче­ски из пепла, но после окончания войны вывел в колхозы-миллионеры. Вот вам и «просто жил»!

И таких примеров, когда, благодаря участию в работе клуба, ребята начинают интересоваться судьбой своих родных, а потом с полным осно­ванием гордятся ими, предостаточно.

— У одной из наших учениц прадед партизанил в одном отряде с Петром Маше­ровым, жил с ним в одной землянке. Нам даже посчастливилось отыскать послевоенную фото­графию со встречи партизан, где он рядом с Петром Мироновичем, — приводит при­мер Денисенко. И продолжает: — Есть среди наших кадетов и потомки Героев Советского Союза. О чём они сами узнали лишь тогда, когда пришли в наш клуб. А один ныне выпускник с помощью друзей из клуба восстановил судьбы девяти своих родственников, ушедших на войну. Семеро из них героически погибли или пропали без вести, и только двое вернулись живыми. Убеждён — после такого урока истории парня патриотизму учить не надо.

ГОМЕЛЬСКИЙ БАБИЙ ЯР

Ещё одно важное направление клуба «Алые погоны» — поисковая деятельность. В том числе на территории Советского района, где расположено Лещинское кладбище — одно из крупнейших захоронений времён Великой Оте­чественной войны. Начиная с осени 1943 года здесь последовательно размещались различные полевые госпитали. Бойцов, умерших от ран, полученных непосредственно в боях за осво­бождение нашего города, а также в ходе бое­вых действий в его окрестностях, хоронили сна­чала на сельском кладбище в деревне Лещинец, а затем и за его пределами.

— За годы поисковой работы нам удалось установить ранее не известные фамилии более десяти красноармейцев, захороненных здесь в 1943-1945 годах. Благо, на сайте Министер­ства обороны России «Мемориал» информация регулярно обновляется и дополняется. Более того, сейчас на сайтах архивов можно даже найти фотографии погибших воинов, преиму­щественно офицеров. Возможно, пришло время дать старт проекту по изготовлению памятных медальонов. Героев, павших в боях за освобож­дение нашего города, гомельчане должны знать не только по фамилиям, но и в лицо, — озву­чивает свежую инициативу клуба его руково­дитель.

По словам Денисенко, печальную известность Лещинский лес приобрёл ещё и потому, что здесь в 1958 году обнаружили массовое захоронение казнённых мирных жителей. Более 800 человек. Женщин, детей и мужчин, имена которых так и не удалось устано­вить.

Тогда же их перезахоронили на террито­рии ныне существующего кладбища. Однако уже в наше время нашлись свидетели, которые утверждали: в Лещинском лесу существуют и другие места массовых казней гомельчан.

— В этом году в этом месте работал 52 отдель­ный специализированный поисковый батальон Минобороны, с которым мы тесно сотрудни­чаем с 2016 года. Наши кадеты тоже прини­мали участие в раскопках. Поисковые работы велись с использованием техники и специаль­ных средств. Много копали и вручную, но ника­ких следов захоронения не обнаружили. Не нашли даже отдельных человеческих останков, — говорит о результатах трёхнедельной работы в Лещинском лесу Денисенко. — Возможно, что-то напутал свидетель, потому что останки, как я говорил выше, были обнаружены в дру­гом месте, через дорогу. Правда, если судить по документам, составленным по горячим сле­дам сразу после изгнания захватчиков с нашей земли, существует ещё несколько предполагае­мых мест массовых казней мирного населения. Но они уже застроены жилыми домами и рас­копки там невозможны.

БЕЗ СРОКА ДАВНОСТИ

— Люди вообще часто путаются в пока­заниях, — говорит как есть наш собеседник.

— И это объяснимо: тот же свидетель по Лещин­скому лесу свои показания давал спустя трид­цать лет после трагических событий. К этому времени даже облик местности кардинально изменился. Как-то читал в прессе показания очевидца о том, что при отступлении немцы взорвали строения в районе нынешнего кино­театра «Октябрь» вместе с согнанными туда местными жителями. Вполне возможно, вот только документальных подтверждений этому я не нашёл. А вот взрыв тюрьмы на улице Пле­ханова действительно был. Вместе с заклю­чёнными, которых, судя по показаниям плен­ных немцев и полицаев, содержалось больше 100 человек.

Как члену рабочей группы по делу о гено­циде на территории Гомеля Павлу Денисенко передали для изучения более 1600 докумен­тов чрезвычайной и специальной следствен­ной комиссий, которые работали в Гомеле сразу после освобождения города. Там есть много свидетельств о зверствах оккупантов с пер­вого дня и вплоть до самого бегства из Гомеля.

— Когда читаешь некоторые документы — кровь стынет в жилах от того, что творили захватчики на нашей земле. Одни показания пленного немецкого офицера, который руко­водил облавами в Гомеле 14 и 24 октября 1943 года, чего стоят. Тогда для отправки на прину­дительные работы в Германию хватали на ули­цах всех подряд. Сопротивлявшихся расстре­ливали на месте. Педантичные немцы подсчи­тали: только с 15 до 18 часов 14 октября 1943 года на улицах Гомеля было расстреляно более 100 ни в чём не повинных горожан, — озвучи­вает жуткие данные Денисенко. — А 24 октя­бря специальные команды, состоявшие из гит­леровцев и предателей-полицаев, методично «отрабатывали» уже целые улицы. Всех, кого находили прятавшимися в домах, подвалах, сараях, забрасывали грантами или запирали и сжигали живьём. В этот страшный день счёт погибшим фашистские изверги и их прислуж­ники вообще не вели.

Подобные факты ни скрывать, ни замалчивать нельзя. Это документаль­ный и неопровержимый ответ на те измышления и откровенную ложь о вой­не, которые сейчас пытаются насадить в нашем обществе. Не случайно неко­торые молодые люди уверены: не такие уж плохие были немцы. Некоторые даже конфетами наших детей угощали. Уго­щали! Но после этого, получив приказ, этих же детей сжигали живьём вместе со всей семьёй. Только за то, что они были не такие, как они. Этого нельзя прощать и забывать нельзя. Ни спустя 80 лет, ни спустя 800…

Александр Евсеенко, фото Марии Амелиной, «Советский район»

Похожие записи

Выборы в Беларуси прошли на конкурентной основе, открыто и гласно — миссия СНГ

sovadmin

«Школа правового просвещения». В Гомеле родителей учат говорить с детьми о вреде наркотиков

sovadmin

В гомельском парке «Фестивальный» отремонтировали центральный тротуар

sovadmin