Официальный сайт администрации Советского района Гомеля и редакции газеты «Советский район» - 246027, Гомель, проспект Речицкий, 6, тел./факс 51 25 52, mail@sovadmin.gov.by
75 лет Победы Новости

Сценаристам и не снилось. На войне порой случалось такое, во что сегодня невозможно поверить

Говорят, в жизни редко бывает так, как показывают в кино. Ветеран Великой Отечественной войны Пётр Горов к этому утверждению относится философски. И поясняет: смотря какое кино и какая жизнь. Человек, родившийся в 1925 году и к своему 20-летию успевший три года провести на передовой, получить два ранения, одно из которых тяжёлое, и стать кавалером медали «За отвагу» и ордена Красной Звезды, имеет право так говорить. Потому что в его фронтовой судьбе случилось два эпизода, которые впоследствии были практически один в один воспроизведены в советских художественных фильмах.

КАК РОЖДАЕТСЯ НЕНАВИСТЬ

Для Петра Горова, десятиклассника железнодорожной школы станции Пролетарской, что в Ростовской области, война по-настоящему началась в ноябре 1941 года. Вот как об этом вспоминает сам ветеран:

«Наша школа состояла из двух отдельно стоящих зданий. Мы, старшеклассники, учились в одном, а другое было отдано малышам. Десятые классы учились во вторую смену параллельно с четвероклашками. Школа ведомственно принадлежала наркомату путей сообщения и располагалась в 30 метрах от железнодорожных путей. В начале ноября 1941 года немецкие самолёты стали усиленно бомбить станцию, стараясь уничтожить следовавшие через неё воинские эшелоны и составы с нефтью. И хотя до осени 1941 года Ростовская область считалась тыловой, в школьном дворе нами уже были вырыты щели на случай авианалёта.

Когда раздался сигнал воздушной тревоги, мы бросились в эти укрытия. А вот некоторые малыши добежать до щелей не успели: немецкая бомба разорвалась на территории школьного двора как раз тогда, когда они его пересекали. Столько лет с тех пор прошло, а я до сих пор не могу забыть изуродованные, беспомощные тела ни в чём не повинных мальчишек. Которые всего несколько минут назад стояли у школьной доски и старательно выводили «Миру-мир». Миру, но не фашистским извергам! Именно на школьном дворе, развороченном взрывами, я поклялся себе, что если попаду на фронт — бить буду гадов, не жалея. Ни их, ни себя».

Разумеется, после случившегося ни о каком продолжении учёбы не могло быть и речи. Школьников распустили по домам, и Пётр Горов вернулся в хутор Наумовка, куда его семья перебралась ещё в 1939 году из Добрушского района. Буквально на следующий день Петра Николаевича в числе таких же не подлежащих призыву парней и девчат мобилизовали в рабочий батальон для рытья окопов и противотанковых рвов. Удивительно, но именно во время этих сугубо тыловых работ Пётр Горов впервые воочию увидел лицо врага. В прямом смысле этого слова.

«Мы переезжали для ведения работ в другой район. Обоз километра на три растянулся по степени. Я ехал на подводе, гружёной мешками с мукой. В это время из облаков вывалилась немецкая «рама» (двухмоторный двухбалочный самолёт «Фокке-Вульф-189» — прим. ред.). Обычно он разведкой занимался, после него всегда бомбардировщики прилетали, а тут, видно, пострелять решил. А почему нет, когда в обозе одни дети да бабы, воздушного прикрытия никакого. И кругом степь, ровная, как стол. Не спрячешься… Самолёт прошёл над колонной, развернулся, и мы поняли, что сейчас фашист начнёт стрелять. Все бросились врассыпную, а я под телегу спрятался. Думаю, мешки с мукой так просто не пробьёт. Но всё равно же интересно, что над телегой происходит. Тем более что стрельбы не слышно. Высунулся, чуть привстал и глаза в глаза встретился со взглядом немецкого лётчика. Он хоть и в очках был, но, показалось, подмигнул мне. И весело так улыбнулся. А потом сделал вираж, чуток высоты набрал и давай поливать из пулемётов всё, что в степи двигалось. Не знаю, сколько этот ад продолжался, но после того, как фриц улетел, всё вокруг было усеяно трупами женщин, стариков и подростков…»

Не обращая внимания на высыпающуюся из простреленных мешков бесценную в те годы муку, Пётр Горов стоял у спасшей его подводы и тихо, с каким-то собачьим подскуливаньем, плакал. Не от страха, не от жалости к погибшим, а от собственного бессилия. И растущей в душе ненависти, которая искала, но не находила выхода.

ГНИЛОЕ МОРЕ

В действующую армию Петра Горова призвали в конце ноября 1942 года. И как имеющего девятиклассное образование определили в топографический разведывательный батальон 915-го артиллерийского полка 346-й стрелковой дивизии. Которая вплоть до апреля 1943 года стояла в обороне под тогдашним Ворошиловградом (ныне Луганск — прим. ред.). Летом 1943 года на этом участке советско-германского фронта началось масштабное наступление наших войск. Дивизия, в которой служил Пётр Горов, участвовала в освобождении Луганска, Мариуполя, Запорожья, Дебальцево. В боях за этот небольшой городок воины дивизии проявили такую доблесть, что вскоре ей было присвоено почётное наименование Дебальцевская.

«В боях за Мариуполь много наших ребят полегло. Перед городом были разбиты огромные абрикосовые сады. За ними немцы устроили основательные боевые позиции, их артиллерия очень хорошо пристреляла все подступы. А в наших частях, измотанных предыдущими боями, пополнение осуществлялось за счёт новобранцев из числа местных жителей. Вот и шли батальоны вперёд под нестройное, а скорее испуганное «Ура!». Их буквально косили немецкие пулемёты и шрапнель. Горько было видеть этих юнцов, погибших в первом же бою, так и не успев примерить солдатской шинели».

В середине сентября 1943 года 346-я дивизия подошла к четырёхкилометровой водной преграде. Это был легендарный Сиваш. Гнилое море, которое Красная Армия уже один раз преодолевала. Было это осенью 1920 года во время проведения Перекопско-Чонгарской операции, в результате которой от войск барона Врангеля был освобождён Крым. Представление о том, как это происходило, можно получить, посмотрев фильм «Служили два товарища».

Осенью 1943 всё было и так, и не так, вспоминает Пётр Николаевич.

«Сиваш мы форсировали сходу и на восточном берегу Крыма захватили небольшой плацдарм. Как немцы ни старались, сбросить нас в Сиваш не смогли. Наоборот, мы с каждым днём наращивали силы на этом пятачке. Трудно было до невозможности. Вода холоднющая, порой до шеи доходила. Дно — на полтора метра сплошная грязь, ноги чуть передвигаешь. Но другого выхода нет — сама техника через это месиво пройти не могла. Вот и грузили машины и орудия на большие лодки, которые предварительно накрывали настилами из толстых брёвен и досок. А потом переправляли их на другой берег, толкая руками по воде. Точно так же переправляли боеприпасы, продукты питания. Делалось это только ночью и в полной тишине, потому что на тамошних островках были расположены немецкие батареи. Так что если кто от переохлаждения или усталости уходил под воду, то старался умирать молча, чтобы товарищей под обстрел не подводить».

Более десяти раз Пётр Горов пешком преодолевал Сиваш с одного берега на другой. За что впоследствии был отмечен медалью «За отвагу».

В январе 1944 началось строительство переправы для танков. Работы велись по ночам одновременно с двух берегов Сиваша. Земляную дамбу бойцы насыпали, таская землю в небольших мешках. Три месяца понадобилось нашим солдатам, чтобы до возможного минимума сократить расстояние между Крымом и Украиной. По оборудованной понтонной переправе в апреле 1944 года советские танки ринулись на освобождение Крымского полуострова. Дивизия Петра Горова находилась в самом центре наступающих войск. Так волею судьбы Пётр Горов оказался в числе освободителей Симферополя, а затем и Севастополя.

Встреча ветеранов Великой Отечественной войны с Президентом Российской Федерации Дмитрием Медведевым на Брянщине. 2010 год. Пётр Горов крайний слева.

Из наградного листа на красноармейца Горова, подписанного командующим артиллерией 346-й СДКД подполковником Соболькиным 15 мая 1944 года:

«Тов. Горов в боях в районе Сапун-Горы и Сахарная Головка быстро и точно, несмотря на сильный артиллерийско-миномётный огонь, производил топопривязку и готовил данные для батарей, в результате чего его батареи быстро и точно поражали цели. Совмещая должность разведчика, тов. Горов под сильным огнём противника доставлял командиру дивизиона и командирам батарей необходимые документы из штаба полка. Представить красноармейца Горова к правительственной награде орден «Красная Звезда».

Затяжные бои завязались на подступах к полуострову Херсонес, где упорно оборонялась пятидесятитысячная группировка немцев. В надежде, что вот-вот из Румынии подойдут транспорты для их эвакуации, сдаваться гитлеровцы не собирались. Пришлось, как принято сейчас говорить, принудить их к миру: 13 мая позиции обороняющихся были подвергнуты массированному артобстрелу. Под угрозой полного уничтожения 43 тысячи фашистских вояк сложили оружие.

А ВСТРЕЧА БЫЛА ТАК ВОЗМОЖНА

После освобождения Крыма дивизию Петра Николаевича передислоцировали на север Белоруссии, где под Витебском была окружена значительная вражеская группировка. После её разгрома войска двинулись на освобождение Прибалтики. Именно здесь, в районе Шауляя, Пётр Горов получил тяжёлое ранение. На то, чтобы вернуться в строй, понадобилось три месяца. После выписки из госпиталя Пётр Горов был направлен для дальнейшего прохождения службы в 813-й артполк, который дислоцировался в районе Кёнигсберга. Правда, к моменту его прибытия эта неприступная крепость Третьего рейха уже пала, не устояв перед натиском наших войск. И тем не менее этот город навсегда остался в памяти ветерана.

Дело в том, что всю войну Пётр Горов ничего не знал о судьбе своего отца, который ещё в августе 1941 был мобилизован на защиту Родины. Но надежды встретить его на фронтовых путях-дорогах не терял, зная, что на войне и не такие чудеса случаются. И только в 1946 году, когда по состоянию здоровья был комиссован из армии и вернулся домой, узнал от родных, что отец, служивший в зенитной артиллерии, погиб в Кёнигсберге за месяц до окончания войны. Как раз в то время, когда там находился и Пётр Николаевич. Как тут не вспомнить советскую кинокартину «Отец солдата», где рассказана примерно такая же печальная история.

Сейчас уже в российском Калининграде живёт сын Петра Горова. Бывая, пока позволяло здоровье, у него в гостях, ветеран всякий раз посещал воинский мемориал, где на одной из плит значится имя красноармейца Николая Горова.

Что же касается самого героя, то последним его подвигом на той войне был захват 8 мая 1945 года немецкой радиолокационной станции в городе Тильзит, на самом берегу Балтийского моря. После войны, отучившись в Ростовском университете и Новозыбковском пединституте, Пётр Горов много лет отдал преподавательской работе. Учил детей географии и немецкому языку. Свой выбор школьных дисциплин ветеран полушутя объясняет так:

— Географию сам Бог велел детишкам преподавать. — пол-Европы на брюхе прополз, с карабином за спиной и теодолитом в подсумке. А немецкий… Я его не как язык врага учил, а как язык Гётте и Шиллера. И детям так же преподавал. Товарищ Сталин верно когда-то сказал: гитлеры приходят и уходят, а немецкий народ остаётся.

Александр Евсеенко, фото Вячеслава Коломийца, «Советский район»

Похожие записи

Переписать историю нельзя, оставить. О чём говорили участники диалоговой площадки в «политехе»

sovadmin

В память о сожженной деревне Ола в Гомельской области проведут субботник

sovadmin

Правила использования бенгальских огней и хлопушек

sovadmin