Официальный сайт администрации Советского района Гомеля и редакции газеты «Советский район» - 246027, Гомель, проспект Речицкий, 6, тел./факс 51 25 52, mail@sovadmin.gov.by
Главное Новости

«Когда теряешься, включается мышечная память». Три истории молодых врачей из Гомеля

В Гомельской об­ластной клинической больнице приступи­ли к работе 35 моло­дых специалистов, в том числе 20 ме­дицинских сестёр и 13 врачей. Большин­ство из них – хирур­ги, анестезиологи-реаниматологи и неонатологи (лечат младенцев), то есть бывшие отличники. Оправдались ли их ожидания за два ме­сяца работы в самой большой больнице области – читайте в нашем материале.

Ренат Беридзе, анестезиолог-реаниматолог

Ренат приехал в Гомель из российского Новозыбкова. Окончил Гомельский государ­ственный медицинский уни­верситет с красным дипломом с самым высоким баллом за всю историю вуза – 9,86.

С научными докладами сту­дент объездил все крупные бе­лорусские города, успел по­бывать за границей, получить три президентские и семь ми­нистерских стипендий, четыре премии и попасть в банк дан­ных одарённой молодёжи. Те­перь главная задача молодого врача – стать таким же хоро­шим практиком.

– Связать свою жизнь с медициной решил ещё в шко­ле. Хотелось помогать людям, нести добро и свет. Поэто­му, кстати, планировал стать психотерапевтом. Но за годы в университете понял, что им должен быть любой врач, что бы ни было написано у него в дипломе.

– Почему в результате выбрали анестезиологию и реаниматологию?

– Потому что это как буд­то симбиоз нескольких специ­альностей. Учиться было ин­тересно, всё одинаково хоро­шо получалось, и, когда при­шло время определяться, я рас­судил так: где мои знания хи­рургии, терапии, кардиологии и других разделов медицины пригодятся в равной степени и где они больше всего необхо­димы? Конечно, в критической для пациента ситуации, когда он находится между жизнью и смертью. Значит, дорога мне в операционную и реанимацию.

– Интернатуру проходи­ли здесь же?

– Да, под руководством Сергея Николаевича Мураш­ко, заведующего отделением анестезиологии и реанимации №1. Наше сотрудничество бы­ло очень продуктивным, поэто­му я рад остаться здесь по рас­пределению. Уезжать после его окончания не планирую. Хочу работать в Беларуси и помо­гать нашим пациентам.

– С какими трудностя­ми столкнулись за первые два месяца самостоятельной работы?

– Главная трудность – не хватает практического опы­та. В анестезиологии и реани­матологии счёт идёт на секун­ды. Взвешивать решение поч­ти нет времени, ошибиться то­же нельзя – нужно сразу дей­ствовать, причём грамотно и быстро. Этому в университе­те, конечно, не научат – толь­ко на практике.

– Можете привести при­мер?

– Допустим, поступает па­циент после тяжёлого ДТП. Первое время чувствует себя удовлетворительно, основные физиологические показатели в норме, а потом раз – и оста­новка сердечного ритма или дыхания. Ни с того ни с сего. Конечно, теряешься. Но затем включается рассудок – и на­чинаешь действовать: работа­ет не мозг, а руки – мышечная память. И, конечно, всегда по­могут старшие коллеги — на­ставники. Огромное им спа­сибо за поддержку и профес­сионализм.

Дарья Ардюк, неонатолог

Дарья – выпускница Грод­ненского государственного ме­дицинского университета. В Гомель приехала по распре­делению, так как хотела по­пасть в многопрофильную об­ластную больницу, при кото­рой был бы роддом. Гомель­ская областная больница как раз подходила: сюда привозят рожениц со всей области, ча­сто с трудно протекающей бе­ременностью и осложнения­ми, с которыми не могут спра­виться врачи на местах с менее оснащёнными стационарами. На медицинском языке это на­зывается «третий уровень ро­доразрешения».

– Для врача это возмож­ность развиваться, работая с более интересными клиническими случаями. У меня ко все­му такой подход – от обрат­ного: чем сложнее, тем луч­ше. Профессию выбрала точно так же. Хотя училась в классе с лингвистическим уклоном, по­думала: с языками у меня и так всё хорошо, значит, нужно раз­вивать в себе то, что получает­ся хуже. Вот и «развилась» до дипломированного врача.

С неонатологией тоже ин­тересно разрешилось. Когда я подавала документы в меду­ниверситет, увидела через до­рогу здание с вывеской «Грод­ненский областной клиниче­ский перинатальный центр», там занимаются особенно тя­жёлыми и критическими па­циентами. Я решила, что это знак судьбы, и моё профессио­нальное предназначение – по­могать женщинам и их детям, присутствовать при появлении новой жизни, делать всё, чтобы её сохранить. Решила и больше никогда выбор специальности не обдумывала.

– Когда вы заступали на самостоятельную работу в августе, как справились со страхом ответственности?

– Страх присутствует и сейчас. Каждое утро просы­паешься с мыслью, как себя чувствует ребёнок, которо­го принимал вчера, справля­ется ли мама. Кроме работы непосредственно в родиль­ном зале и последующего ве­дения маленьких пациентов, мы ещё налаживаем связь ма­тери и ребёнка, учим её груд­ному вскармливанию. Этот процесс не только физиоло­гический, но и психологиче­ский, оттого ещё более ответ­ственный.

Все волнения окупаются, когда мама с малышом выпи­сываются здоровыми и счаст­ливыми. Приходит понима­ние, что ты делаешь что-то нужное. Тебя благодарят – и самого переполняет благодар­ность. Отсюда и берутся силы на ночные дежурства.

– Что самое интересное в работе с новорождёнными?

– Понимаете, первый год жизни ребёнка – самый зна­чительный по степени и ско­рости развития всех органов и систем. Даже в тот короткий период, когда мы его наблюда­ем, он меняется каждый час: сейчас это один ребёнок, вече­ром – другой, а назавтра вооб­ще третий. Вот, что интересно.

Возвращаться домой, отра­ботав распределение, Дарья не планирует – они с семьёй перебрались сюда на постоян­ное место жительства.

Кристина Михалёва, неонатолог, и Олег Тимашков, анестезиолог-реаниматолог

Кристина и Олег пожени­лись на четвёртом курсе. Рас­пределение в медицинских ву­зах бывает беспощадным, по­этому супруги надеялись, что останутся хотя бы в одном горо­де. В результате их и вовсе на­правили в одну больницу.

На распределение моло­дые люди шли в числе пер­вых: Олег состоял в студенче­ском научном обществе и банке данных одарённой молодёжи, Кристина работала волонтё­ром в колл-центре в разгар эпи­демии. К тому же оба отлично успевали по учёбе.

Заведующие обоими отделе­ниями – для новорождённых детей и 2-м анестезиологии и реанимации – к молодым специалистам отнеслись ува­жительно. Общаются с ними на равных, безо всякого «забудьте, чему вас учили в университете» или другой крайности – мол, вы уже не интерны, сами долж­ны думать. Старшие коллеги никогда не отказывают в со­вете, поддерживают профес­сионально и психологически.

Кристина вспоминает:

– На первом своём дежур­стве я увидела, пожалуй, всё, кроме самого страшного: не успела закончиться пятими­нутка, как начались роды, сра­зу после – кесарево сечение, и все новорождённые нуждались в наблюдении и терапии. Были даже недоношенные. Но я счи­таю, мне повезло: чем меньше времени на раскачку, тем луч­ше для начинающего практика, иначе «дрожать» можно беско­нечно долго.

В августе, когда я только при­ступила к работе, был огром­ный страх ответственности. Каждый день на работу шла как на экзамен. Сейчас страх посте­пенно отступает, я привыкаю, осваиваюсь, набираюсь опыта, но остаётся другой страх – не­известности. Никогда не зна­ешь, что тебя ждёт на родах, по­надобятся ли реанимационные мероприятия или обойдётся без них. Не помню, чтобы у меня когда-нибудь тряслись руки, но с эмоциональным напряжением сталкиваюсь каждый раз.

– Что даётся тяжелее все­го?

– Парадоксально, но не са­ма работа, а необходимость со­общить пациентке, что её ребё­нок родился с патологией, рань­ше срока или нуждается в ле­чении. Недоношенных детей сразу переводят в реанимацию – это стресс для женщины, тем более только что родившей.

Но радостных моментов, ко­нечно, больше. Например, в конце обхода, когда я интере­суюсь, остались ли у мам во­просы, их всегда очень много. Я стараюсь как можно обстоятельнее ответить на каждый, поделиться всем, что знаю са­ма. Мамы потом подходят и го­ворят: «Мы этого без вас никог­да бы не узнали». Мне кажется, главный ресурс любого врача – благодарность и отдача па­циентов.

– Разрушился ли стереотип о книжной, «стериль­ной» медицине с тех пор, как вы приступили к практике?

– Наверное, нет, потому что стереотипа о медицине и не было. С работой отделе­ния я давно знакома, многих врачей-практиков из больни­цы знаю как преподавателей-совместителей нашего уни­верситета. А понимание того, что представляют собой будни врача, у меня сформировалось ещё во время первой практики.

– За шесть лет обучения не было момента, когда хо­телось всё бросить и уйти в другую профессию?

– На первом, втором и осо­бенно третьем курсе у всех студентов-медиков бывают ми­нуты слабости, когда сидишь в три часа ночи над билетами по анатомии и гистологи и дума­ешь: зачем всё это мне сдалось?

Но стоит хорошо ответить на экзамене – и мысли эти рас­творяются. А на следующий день, когда удаётся наконец выспаться, и вовсе странно ду­мать, что они когда-то тебя по­сещали.

Супруг с Кристиной согласен: в университе­те было сложно, но инте­ресно. Кроме пар, Олег посещал кружки и науч­ные конференции, не пренебрегал ни одной возможностью узнать что-то помимо учебной программы. В резуль­тате всё, что учил, дей­ствительно пригодилось в практике, особенно на первых порах.

– Я считаю, страх оши­биться должен оставаться да­же у опытного врача. Потому что если ты не боишься, всег­да спокоен и уверен в своих действиях, рано или поздно обязательно сделаешь ошиб­ку. Любые свои назначения нужно подвергать критике. Если это можно назвать стра­хом, то он, пожалуй, во благо. Главное, чтобы он не перерас­тал в мандраж: ни в коем слу­чае нельзя нервничать. Не зна­ешь чего-то – спрашиваешь у старших коллег, а дома са­дишься за книгу.

С коллегами, кстати, мне очень повезло – никогда не чувствовал себя одним в поле воином. Даже наоборот – что у меня в тылу высококвали­фицированные специалисты и просто хорошие, понимаю­щие люди, для которых главное – жизнь и здоровье пациента.

После отработки Кристи­на и Олег останутся в Гомеле и, возможно, поступят в кли­ническую ординатуру. Но это долгосрочные планы. А сей­час главное – работать и на­бираться опыта.

Источник: «Белка»

Похожие записи

Сорок лет у школьной доски. Заслуженной учительнице БССР Нине Мешковой исполняется 90 лет

sovadmin

В Гомеле открыли спорткомплекс с бассейном и велобазой. Реконструкция «Дельфина» не за горами

sovadmin

Мечта стала судьбой. История опытного лор-врача Татьяны Колесник

sovadmin