Русский
Английский
Белорусский
Немецкий
Французский
  •  
    Анонс актуальных мероприятий

       В ближайшую субботу на звон­ки граждан ответит управляющий делами администрации района Светлана Александровна Федо­рович. Прямые линии, про­водятся с 9 до 12 часов. Телефон 40-64-33.

       В субботу, 22 декабря с 9 до 12 часов на звон­ки граждан ответит заместитель главы администрации района Сергей Анатольевич Корнеев.
    Телефон 40-64-33.
  •  
    Как узнать, отнесен ли гражданин к не занятым в экономике?

       В целях информирования граждан о нахождении их в базе данных трудоспособных граждан, не занятых в экономике, введена электронная услуга – предоставление сведений об отнесении гражданина к не занятому в экономике.
    Услуга доступна с 1 декабря 2018 г.

    Читать далее...
 
Думаю, никто не поспорит с тем, что в Беларуси активно борются с наркооборотом. Мы уже не слышим диких историй о молодых людях, которые в наркотическом угаре выбросились из окна или выкололи кому-то глаза. Но это не значит, что проблема решена.
Все покурили, и я покурил
Своевременным и эффективным оказался Декрет № 6 “О неотложных мерах по противодействию незаконному обороту наркотиков”, который Президент Беларуси подписал в декабре 2014 года. Как раз на пике моды на спайс появился документ, увеличивший наказание за преступления, связанные с оборотом наркотиков. Как тогда сказал глава государства, чрезвычайные меры приняты с тем, чтобы не потерять молодое поколение белорусов — будущее страны.
Несмотря на скепсис отдель­ных ораторов, декрет принес ожидаемые плоды. В январском интервью “Гомельскай праўдзе” прокурор области Виктор Морозов назвал документ шоковой терапией для наркобизнеса.
— Суды стали приговаривать распространителей, в том числе совсем молодых, к длительным срокам лишения свободы — 15 — 17 годам. Прокуратура настояла на показательных задержаниях, когда с санкции прокурора в аудитории колледжей и вузов заходили правоохранители и на глазах у сверстников надевали наручники на подозреваемых, — подчеркнул Виктор Морозов. — Все это дало эффект, всколыхнуло общество. Молодые люди задумались о своем будущем. Каким оно будет: в семье или за решеткой? И преступления в сфере незаконного оборота наркотиков пошли на спад.
Впрочем, дилеры — одна сторона медали. Вторая — потребители. Заведующий токсикологическим отделением Гомельской городской клинической больницы скорой медицинской помощи Валерий Стома отмечает, что в последнее время на реанимационных койках наркоманов действительно все меньше. Если раньше скорые регулярно доставляли пациентов с передозировкой (например, в 2014 году таких было 43), то теперь их в разы меньше. За прошлый год и 11 месяцев 2017  — 23. Показательно, что и на момент моего визита в БСМП в токсикологии не было ни одного наркомана.
— Хочется верить, что не только законодательные меры сработали, но и сама мода на спайс прошла, — согласен с коллегой заместитель главного врача Гомельской городской клинической больницы скорой медицинской помощи Дмитрий Запольский. — То, что наркотики — зло, надеюсь, уже всем понятно. Мозг наркомана запитан на то, чтобы получать удовольствие только лишь от них. Его не радует ничего другое — еда, сон, секс или адреналин. Годится только доза.
Размышляя о том, почему молодые люди пробуют зелье, док­тора указывают на стадный инстинкт: все покурили, и я покурил. Вспоминают случаи, когда сразу несколько бригад скорой помощи привозили пациентов с передозировкой психоактивными веществами, и выяснялось, что молодые люди покурили компанией.
Надо отметить, практически во всех острых случаях гомельским врачам удалось вернуть наркоманов с того света — экстренная помощь оказывалась вовремя и квалифицированно. Но вот последствия дальнейшего употребления печальные. Примеров много. Дмитрий Запольский приводит один. Вполне образованный молодой человек уехал на заработки за пределы Беларуси и там пристрастился курить спайс. Покуривал около полугода, без тяжелых отравлений вернулся назад. Однако затем у него началась постепенная дегенерация головного мозга — разрушение личности. Он беспокойно и неправильно разговаривал, перестал спать, затем — ходить, вставать, есть и глотать. А к 23 годам превратился в человека в состоянии “овоща” — не разговаривал, не узнавал маму, медперсонал. После выписки за ним очень внимательно дома ухаживали родственники. Периодически помогали врачи. Но в позапрошлом году парень умер.
 
Виноваты звезды?
Удалось пообщаться с матерью другого наркомана, который жил в Гомеле и чуть не погиб в 18 лет. Иван с детства увлекался музыкой, его отец играл в любительской группе на барабанах. Когда он ушел из семьи, пареньку было 14 лет. Буквально через год мальчик научился играть на гитаре и стал ходить на репетиции с группой.
— Тогда я впервые заподозрила неладное. Он отрастил волосы, стал поздно приходить домой, не следил за собой. Когда собирала его вещи в стирку, бывало, слышала странный запах от одежды: вроде бы сигаретный, но не совсем такой, — рассказывает мама Галина Ивановна. — Несколько раз спрашивала, что происходит. Сын уверял, что все в порядке: он играет в рок-группе и там все так выглядят. И мировые звезды тоже — просто образ такой.
Успокаивали коллеги по работе. Говорили, подросткам свойственно чудить. Наделает ошибок и угомонится: возьмется за учебу, поступит в университет.
Когда сын стал неделями не появляться дома и только иногда отвечал на звонки, ни о каком спокойствии уже не было и речи. О том, как Иван оказался в реабилитационной клинике в Подмосковье, Галина Ивановна не особо хочет говорить. Это болезненная тема. Но замечает: сначала сын употреблял марихуану. Когда это превратилось в серьезную проб­лему, пришлось позвонить его отцу. Тот уже перебрался в Москву, устроился на хорошую работу и только-только завел новую семью. Помочь в такой ситуации он не отказался.
— Иван отца обожает, а я считала, что мужское воспитание очень пригодится, — вспоминает Галина Ивановна. — Но буквально через две недели после переезда мне позвонил бывший муж и сказал, что Ване стало плохо. Оказалось, марихуаной там давно не пахнет, в больницу он поступил с передозировкой амфетамином. В голове все помутилось. Помчалась в Москву, кланялась в ноги докторам, которые его спасли.
Сейчас Иван проходит лечение в реабилитационном центре. Услуга дорогая, но в клинике обещают полное исцеление. Посещения пациентов строго по графику, раз в месяц на 15 минут. Галина Ивановна все время себя корит, что она плохая мать и не смогла уберечь сына от беды. Говорит, теперь понимает: тревожных звоночков было много. Но замечать их не хотелось, всегда находились “нормальные” объяснения.
Единственное, чему рада: сын обошелся без проблем с законом. Зелье он, по словам матери, никогда не продавал. Но понимает, что если бы его задержали “с пакетиком” для личного употребления, загремел бы в колонию, а оттуда бы вышел совершенно другим человеком. Галина Ивановна считает, что бороться надо с торговцами, а потребителей — лечить.
 
 
Невинные жертвы или продавцы смерти?
Действительно, сегодня правоохранителям удалось сбить волну популярности спайса и некоторых других “молодежных” наркотиков. Так что теперь все чаще звучат голоса тех, кто выступает за снижение наказания по так называемым “наркотическим” статьям. Рациональное зерно в этом есть: вот и некоторые парламентарии предлагают подумать о более четкой дифференциации ответственности за наркопреступления. Например, смягчить наказание для рядовых потребителей, которые делились наркотиками или продавали их исключительно друг другу. Речь, конечно, не об отмене наказания. Но, возможно, и года в колонии вполне достаточно, чтобы эти люди осознали, что были не правы и вышли на свободу с возможностью успешно социализироваться: восстановить семьи, устроиться на работу по специальности. При этом наказание для организаторов наркотрафика, крупных дилеров — хитрых и расчетливых продавцов смерти (которые сами, как правило, не употребляют наркотики), следует еще больше ужесточить.
В общем, смысл законодательных изменений, если до них дойдет дело, не в том, чтобы погладить дилеров по шерстке, а в том, чтобы разобраться в необходимости чрезвычайного наказания в условиях, когда ситуация хотя бы относительно, но стабилизировалась. Разобраться спокойно и без криков. Без политических лозунгов, нелепых угроз и ультиматумов. Не выпустить на свободу дилеров, а, скажем, начать применять к осужденным по “наркотическим” статьям условно-досрочное освобождение, которое пока для них недоступно.
— Откровенно говоря, в последнее время настораживает бурная деятельность незарегистрированного “Движения матерей 328” (328 — потому что таков номер основной “наркотической” статьи в Уголовном кодексе Беларуси — прим. ред.). В него входят родители, чьи дети осуждены в основном к длительным срокам лишения свободы за торговлю наркотиками, — поясняет прокурор области Виктор Морозов. — Начав с Гродненщины, движение уже заявляет о себе на Гомельщине. При этом лозунги его участников политизированы, а слова далеко не всегда правдивы. Родители некоторых осужденных утверждают, что их дети — рядовые потребители. Тогда как из материалов уголовных дел следует, что почти все они торговали наркотиками. По каждому такому делу есть решения судов. Так что эти ребята отнюдь не белые и не пушистые. Более того, ради денег калечили жизни и судьбы других людей.
Выходит, пока одни обогащались, в семьях других нередко разыгрывались чудовищные драмы. Не секрет, что наркоманы выносят из дома последние вещи и жестко требуют деньги у родственников. В этот момент им все равно, кто перед ними — престарелая мать, отец-инвалид или несовершеннолетняя сестра. В ход идут угрозы, побои, истязания. Психологический террор может тянуться годами, пока у родных окончательно лопнет терпение. Тогда наркоман остается совсем один. И идет за деньгами на улицу, где его жертвой может стать кто угодно. Такие оказавшиеся на дне морали и жизни личности сочувствия уже не вызывают. Более того, реально помочь им практически невозможно.
 
Крокодиловы слезы
Впрочем, не стоит думать, что правоохранители излишне суровы и призваны только карать. Как они сами нередко признаются, конечно, жалко видеть совсем еще молодых парней и девушек в изоляторе. С другой стороны, правила всем хорошо известны: любые незаконные действия с наркотиками наказуемы. Все задержанные об этом знают. Но все равно идут на преступление. Осознанно.
Вот и начальник УСК по Гомельской области Сергей Паско, хотя чисто по-человечески и сочувствует семьям задержанных, но крокодиловым слезам обвиняемых не верит.
— Все 100% задержанных за марихуану знают, что ее хранение противозаконно. При виде сотрудников правопорядка они при любой возможности ее скидывают, съедают. Зачем? Если ты не знаешь, что это преступление, так стой спокойно — не пытайся избавиться, — прокомментировал Сергей Паско. — Что касается жесткости уголовного наказания, я не имею права, да и не склонен комментировать решения судов. Скажу только, что и по действующему законодательству судьи при вынесении вердикта могут выходить за санкции той или иной статьи и назначать наказание ниже нижнего предела. И такая практика есть. Однако, прежде всего, все правоохранители понимают, что должны максимально защитить здоровую часть нашего общества от вовлечения в наркоманию.
 
Химики и маковые королевы
В Беларуси есть несколько общественных платформ, в том числе “Движение матерей 328”, которые ратуют за смягчение наказания для рядовых потребителей. При этом некоторые сетуют, что правоохранителям “интересно посадить их детей по более тяжелой части “наркотической” статьи — за хранение с целью сбыта”. Дескать, это сулит новые звездочки на погоны, да и в целом обеспечивает хорошие показатели для отчета начальству. Якобы крупных дилеров и поставщиков ловить не надо, а “можно показать свою работу за счет вала потребителей”. Примеры приводят такие: сыну Пете позвонил знакомый Коля и слезно попросил продать ему зелье. Петя сжалился и выручил друга. Теперь он задержан за сбыт. А он, мол, не сбытчик, а просто поделился товаром с “братом” по увлечению. В общем, чуть ли не герой.
Заявление, что право­охранители не борются с более крупными дилерами и поставщиками, а бьют, что называется, по хвостам, тоже некорректное. Как рассказал официальный представитель УВД облисполкома Виталий Пристромов, вопросы незаконного оборота наркотиков постоянно находятся в поле зрения оперативников. Борьба с этим злом ведется жесткая и непримиримая. Так, в начале 2017 года оперативники наркоконтроля УВД облисполкома совместно с коллегами из ОВД администрации Советского района Гомеля задержали двух жителей областного центра, которые организовали подпольную лабораторию по производству амфетамина и снабжали им весь регион. К слову, родственник одного из “химиков” в 2014 году получил 13 лет лишения свободы за похожее преступление.
Помня об этом, парни конспирировались: лабораторию разбирали по частям и прятали, наркотик продавали только проверенным клиентам. Однако это не помогло. В ночь с 4 на 5 февраля на трассе Гомель — Чернигов сотрудники ГАИ остановили автомобиль “Ауди”, в котором нашли почти 10 граммов амфетамина.
За рулем автомобиля как раз был один из “сотрудников” лаборатории. Наутро наркоконтроль с ОМОНом задержали и подельника. У него нашли синтетический наркотик, а в доме изъяли 19 бутылок с уксусной кислотой, стеклянные колбы, электроплитку, керамическую лампу, респираторы и другие “аксессуары”. В специальном тайнике была обнаружена вторая часть лаборатории, включая электронные весы, серную кислоту, разрезанную фольгу. В одной из комнат было и 23 грамма готового амфетамина.
15 сентября суд Новобелицкого района Гомеля приговорил двух фигурантов дела, а также третьего парня, который предоставил помещение для лаборатории и покупал амфетамин с целью сбыта, к лишению свободы на сроки от 10 до 14 лет.
Не стоит думать, что в наркобизнесе задействованы лишь мужчины. Иногда в нем преуспевают и дамы. Два года назад реализацией мака, причем не для кулинарных нужд, а с маковой соломкой и опийными наслоениями на поверхности семян, занялись три гомельчанки. Преступное дело быстро заладилось. Так что предприимчивые барышни для увеличения оборота “наняли” мелких реализаторов. Место для хранения, фасовки и продажи наркотика выбрали бойкое — частный дом возле Центрального рынка в Гомеле. Но и милиция не дремала. Вначале оперативники установили покупателей (все они наркозависимые и приобретали мак для изготовления опия), а далее вышли на основного поставщика — 39-летнюю гомельчанку, которая руководила процессом, отдавая указания двум подельницам, уточнил Виталий Пристромов. Прошли задержания с поличным, обыски, было опрошено большое количество свидетелей, преступная деятельность задокументирована. 30 января 2017 года суд первой инстанции приговорил троих организаторов наркобизнеса к 11 годам лишения свободы каждую, а также четырех человек, приобретавших у них сырье для варки опия, — к двум годам каждого.
 
 
Гораздо страшнее, чем ее малюют
К слову, на официальном сайте “Движения матерей 328” нет-нет да и появляются статьи со сторонних ресурсов на тему легализации марихуаны в Беларуси. Конечно, само по себе это не говорит о том, что движение двумя руками за узаконивание марихуаны, и все же факт настораживающий. Например, одна из последних статей на сайте называется “End the Drug War! в Могилеве: о наркотиках, марихуане и неоправданно высоких сроках”.

Источник: http://gp.by.
 
02-01-2018
Опрос

Как Вы относитесь к несанкционированной торговле на улицах Советского района г.Гомеля?